Nov. 8th, 2016

Итак, есть надежда, что меньше чем через сутки все это закончится. Месяцы истерики останутся позади, возбужденние спадет.

Можно будет немного более спокойно подумать, что это было. Как так получилось, что выбор между двумя едва ли не самыми маловыразительными, самыми бессодержательными кандидатами в президенты США смог настолько затуманить головы, казалось бы, очень даже умных, знающих и понимающих людей, заставить их в ежедневном режиме писать в формате, заставляющем задуматься об их душевном здоровье?

Навскидку можно предложить несколько соображений.

Конечно, огромную роль играет фактор президентской системы власти.

Как уже давно показано, прежде всего в классической работе Хуана Линца, президентский режим обладает множеством недостатков по сравнению с парламентским (если, конечно, выбирать между разными формами демократического устройства).

Мне, кажется, случалось рассуждать о том, что исторически президентская система - сравнительно более "естественна" и тем самым архаична, атавистична, будучи отражением встроенного в нас на инстинктивном уровне стремления к стайному доминированию. В стае должен быть безусловный вожак, в человеческой общине - князь, монарх, а полноценный президентский режим - это нечто вроде электоральной монархии. Парламентская система под этим углом гораздо менее естественна, то есть гораздо дальше от наших животных рефлексов, и тем самым оказывается выше на шкале цивилизации. Характерно, что даже в парламентских системах обычно сохраняется атавизм в виде ритуальных должностей "главы государства" (будь это король или президент), сохранение которых не имеет никакого рационального обоснования.

То, что США конституировались как президентская демократия, было для своего времени естественным и неизбежным. Скорее, чудом было то, что эта демократия не превратилась назад в монархию или личную диктатуру - что было бы по тогдашним понятиям даже более ожидаемо.

Линц очень убедительно показал, как в президентских режимах происходит крайняя поляризация политического спектра, связанная с тем, что выборы президента неизбежно носят характер "победитель забирает все". Понятно, что политический выбор идет сразу по множеству параметров, включающих бесчисленные вопросы внешней и внутренней политики, от экономических и военных до ритуально-религиозных. Так же понятно, что практически у каждого человека свой собственный набор предпочтений по всей линейке этих параметров. Многопартийная парламентская система обычно дает возможность сосуществовать нескольким (или даже многим) партиям с разными наборами этих предпочтений, и в случае коалиционных голосований голоса даже сравнительно маленьких партий оказываются не вполне потерянными (в случае крупных партий ту же роль играет борьба фракций внутри этих партий). Все это делает выборы, как правило, менее поляризованными. Это, конечно, не универсальный закон, а всего лишь тенденция, но тенденция сравнительно устойчивая.

При этом президентская система власти, много десятков лет генерирующая политические кризисы, перевороты и т.д. во множестве стран, сохраняет свою популярность в немалой степени именно благодаря тому, что она уже больше двухсот лет демонстрирует необыкновенную политическую устойчивость в США, то есть в стране, во множестве отношений остающейся главной точкой отсчета и сравниния для большинства жителей планеты (имплицитным - потому что известный феномен анти-американизма в реальности тоже является выражением того же самого зацикливания на США, что и сознательные попытки имитации всего американского).

При этом почти всегда упускаются из вида важнейшие, ключевые отличия американского политического устройства от устройства подавляющего большинства других стран с президентской формой правления. Тут, чтобы не повторяться, мне проще сослаться на свой постинг шестилетней давности.

На этом общем фоне в США за последние годы (условно, десять-двадцать-тридцать лет) стали проявляться еще как минимум два дополнительных фактора.

Во-первых, продолжалось устойчивое смещение влево идеологической элиты общества, точнее, той ее части, которая наиболее активно участвует в формировании общественного мнения - в лице университетских преподавателей гуманитарных дисциплин, школьных учителей, журналистов. Это все - долгосрочный результат интеллектуальной борьбы очень далекого времени (где-то, условно, тридцатых годов), причем в огромной степени - в области экономической теории. Такие вещи очень инерционны.

Во-вторых, в США, похоже, успешно складывается нечто вроде широкого политического консенсуса по реально ключевым политическим вопросам (включая, между прочим, консенсус и о признании некоторых вопросов настолько болезненными, что их решено законсервировать и вывести за пределы полноценного политического диспута, в том числе передачей на усмотрение особого квази-сената, по традиции, хотя и ошибочно, называемого "верховным судом").

Иными словами, практическая политика американской администрации, ее реакция на те или иные раздражители - все больше и больше оказывается определяемой концепциями, являющимися общими для всего политического класса, без большого различия между двумя основными партиями.

Получается удивительный парадокс - хотя всю американскую политику традиционно принято рассматривать в разрезе "адмнистраций" тех или иных президентов, хотя поколения людей привыкли рассуждать в терминах "при таком-то президенте было так-то", но в реальности смена президентов сказывается не столько в принятии решений партийно-идеологического характера, сколько в принятии решений характера сугубо личного, отражающих индивидуальный темперамент и т.д. президента (это, естественно, чаще всего выбор реакции на какие-то внешнеполитические кризисы).

Оно и понятно, ведь за фасадом президентской власти США, - всем видной, громкой, - скрывается огромная, почти что неограниченная власть конгресса (что, собственно, и обеспечивает небывалую устойчивость формального американского президенциализма).

Политика американских президентов последних двадцати лет - практически неразличима одна от другой и носит по большей части рефлективно-оппортунистический характер. Что, наверно, и хорошо.

В итоге значение должности президента США, как ни парадоксально, оказывается все менее и менее существенным. Кто бы ни оказался на этой должности, реальные возможности выбора решений у него оказываются ограничены тем, что предлагают ему его советники-чиновники, а они по основным вопросам руководствуются примерно общей идеологией.

В результате поляризованная избирательная борьба все больше теряет значение подлинного выбора между альтернативными идеологиями и сценариями действий правительства. Она все больше смещается в несколько сюрреалистическое перекрикивание соседок по коммунальной квартире, которые чем больше похожи друг на друга, тем больше ругаются и награждают обидчиц всеми мыслимыми и немыслимыми грехами. Другой аналогией может быть маркетинговая политика производителей, выпускающих сходную по свойствам и качеству продукцию - отсутствие реальных различий приходится компенсировать особенно шумной и агрессивной рекламой.

(Думаю, точкой перелома в этом плане стали вовсе не нынешние выборы, а выборы восьмилетней давности, где победил Обама - кандидат, в своем роде уникальный по своей пустоте. Не знаю, был ли в истории США прецедент, чтобы президентом стал человек, настолько ничем не выделяющийся, абсолютно ничего в своей жизни не сделавший, ничем содержательным никогда не занимавшийся и практически ни в чем не разбирающийся. И при этом восторженно встреченный как в США, так и по всему миру. То есть понятно, что феномен Обамы стал отражением глубокого внутреннего расизма большинства представителей современной левой интеллигенции - настолько глубокого, что они сами не отдают себе в нем отчета, но это уже отдельный сюжет.)

Все бы это было даже смешно, если бы слишком много людей, профессионально вовсе не завязанных на политику, не воспринимали все это с серьезностью, которую не назовешь даже звериной. Избирательная кампания и ее результаты описываются в соверенно апокалиптических выражениях.

Тут, видимо, свою роль играют некоторые особенности, определяющие деятельность разных "публичных аналитиков". Опять же, я как-то писал о неписанном "запрете на незнание", не позволяющем такому аналитику признаться в том, что он хотя бы в чем-то не разбирается и чего-то не знает - включая даже то, что принципиально не поддается познанию.

К этому можно добавить еще один синдром - любое громкое событие обязательно описывается как имеющее глобальные, революционные последствия. Например, любой кризис в рамках традиционного цикла деловой активности объявляется "концом капитализма" (или, как минимум, "концом капитализма, каким мы его знали"). Любой случайный конфликт между странами рассматривается как обязательно обременяющий их отношения на последующие сотни лет. Особенно ярким примером послужило недавнее голосование по Brexit'у - практически все писали о нем так, как будто оно означает полный крах не то Англии, не то Евросоюза, не то всех вместе и западной цивилизации впридачу.

Соответственно, любой комментарий о предстоящих президентских выборах выстраивается на общей предпосылке о том, что этим выборам суждено стать переломными, революционными и т.д.

Наконец, на все это накладывается еще одна удивительная (по крайней мере - удивительная для меня) особенность политизированных любителей, от журналистов до бесчисленных блоггеров. Она заключается в том, что люди способны со всей страстью бросаться на защиту (или осуждение) сюжетов, о которых еще вчера они вообще не задумывались. Скажем, недавно администрация Обамы, в поисках новых инструментов поляризации общества, не нашла ничего лучшего, чем декретировать новые правила пользования школьными туалетами (правила, которые трудно назвать иначе, чем идиотские). Какой-то из штатов - кажется, Северная Каролина, не помню уже - объявил, что не будет следовать этим правилам. И сразу же поднялась безумная кампания по шельмованию штата - какие-то спортивные ассоциации заявили, что переносят соревнования, какие-то компании заявили, что не будут развивать бизнес в штате, полился поток обличений руководителей штата как мракобесов, и т.д. И все это на фоне того, что еще буквально месяц назад та политика, которую штат собирается продолжать и дальше, была не просто нормой, но единственно приемлемой нормой и никем не ставилась под сомнение. Другой пример - история с нелегальными мигрантами: сперва никто не призывал срочно допустить в Европу и Америку миллионы беженцев из конфликтных точек; потом в какой-то момент это требование стало признаком идейной правильности и продвинутости (правда, почему-то говорили о беженцах только из одной страны, забывая о тех, кто страдает в других конфликтах); потом тумблер щелкнул в другую сторону и призывы эти снова как рукой сняло. Не буду продолжать примеры. Получается, что тысячи и тысячи людей сознательно отказывают себе в самостоятельности мысли; они готовы забыть все, что думали вчера, чтобы последовать за новым извивом идеологических авторитетов.

Завтра - ну, или послезавтра - это все завершится.

Не гадал и не буду гадать, кто победит на выборах.

По-человечески симпатичнее, наверно, все-таки Трамп - он хоть похож на живого человека, говорящего обычные человеческие слова. Кстати, даже те малозначительные экономические глупости, за которые его, по слухам, бешено бичуют какие-то там сотни ученых экономистов - они ведь говорят как раз о том, что у него имеются собственные мысли, хотя бы и ошибочные (другое дело, что эта протекционистская ошибка разделяется даже не девяносто девятью, а ровно ста процентами всех политиков всех стран). Еще более забавно, какой ничтожный улов принесли тотальные усилия по поиску разоблачительного компромата на него...

Хилари, насколько мне кажется - в этом смысле более идеальна как политик, за отсутствием у нее каких-либо собственных принципов вообще.

В этом смысле ее победа может, как ни странно, оказаться более благоприятствующей возможному продвижению некоторых точечных либеральных изменений. Либеральных - естественно, в нормальном, человеческом смысле слова, принятом в том русском языке, на котором я пишу, а не в специфическом американском значении (в том же, где "футбол" - это игра, при которой мяч держат в руках).

Я имею в виду то, что привык называть "принципом Ришелье" - когда некое изначально нетривиальное решение наиболее успешно проводится в жизнь не теми, кто его первым выдвинул, а теми, кто против него, казалось бы, должен был сильнее всего выступать. Типа дерегулирования авиации Картером или резкого пересмотра социальных выплат в сторону снижения при Клинтоне.

Скажем, я вполне могу себе представить, что, столкнувшись с резкой эскалацией расходов на медицину в результате обамакера, администрация Хилари найдет выход не в пересмотре обамакера как такового (что было бы малопродуктивно и по сути, и политически), а в переводе внимания на проблему предложения - и инициирует давно назревшее дерегулирование врачебного дела с ликвидацией профессиональной монополии. А это, понятно - ключевая проблема американской медицины.

Во всяком случае, я не думаю, что Хилари захочет и сможет учинить что-нибудь по-настоящему вредное - драматически более вредное по сравнению с тем, что обычно учиняют американские президенты.

С другой стороны, в случае президентства Трампа вся пресса будет гарантированно отслеживать любой его промах, выдуманный или реальный - что тоже в некотором роде было бы неплохо.

В общем, все нормально.
Кусты позади с треском раздвинулись. Перец осторожно оглянулся, но это был не директор, а все тот же Домарощинер. В руках у него была толстая папка, и он остановился поодаль, глядя на Переца сверху вниз влажными глазами. Он явно что-то знал, что-то очень важное, и принес сюда к обрыву эту странную тревожную новость, которой не знал никто в мире, кроме него, и ясно было, что все прежнее теперь уже не имеет значения и от каждого потребуется все, на что он способен.
http://bbb.livejournal.com/579168.html

http://bbb.livejournal.com/2598055.html

Продолжает быть актуальным как никогда. Особенно пассаж про Францию. Впрочем, и остальные тоже.

Profile

borislvin

December 2016

S M T W T F S
     1 23
45678 910
11 12 13 14 15 16 17
18192021222324
25262728293031

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 20th, 2017 09:08 am
Powered by Dreamwidth Studios