![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
borislvinИтак, после выхода из ступора Путин разродился тремя выступлениями, из которых два ключевых, обращенных к разномастным силовикам, были подряд, одно за другим, 27 июня. Параллельно, в тот же день на сайте Лукашенко появились транскрипты двух выступлений белорусского диктатора. Это дает возможность сравнения.
За исключением двух выступлений перед силовиками, нового на сайте Путина немного.
Правда, есть датированное 28 июня видеообращение к какому-то бессмысленному российско-белорусскому мероприятию в Уфе.
Сразу скажу, что это выступление в некотором роде тоже можно считать очень странным - а именно тем, что в нем нет ничего очень странного. В нем ни разу не упоминаются Украина, "киевские правители", "неонацистский режим", внешняя угроза, НАТО, "специальная военная операция", русофобия, "так называемые партнеры" и все те штампы, которые Путин уже полтора года настойчиво повторяет к месту и не к месту. Один только раз Путин вспоминает санкции и "отказ ряда западных стран от сотрудничества и закрытия рынков недружественных государств" - что в контексте стандартной российской риторики является исключительно мягким выражением, на грани той фронды, которую время от времени демонстрируют официальные лица (прежде всего т.н. экономического блока), старающиеся дистанцироваться от политики войны.
В нем нет ни малейшего намека на события последних дней, на "мятеж", который, по словам, сказанным самим Путиным буквально за день до того, грозил стране великим "хаосом".
Наконец, что самое поразительное, в обращении Путина вообще не упоминается Лукашенко, а в сегодняшних реалиях это уже трудно понять иначе как отражение не просто неприязни, которую Путин испытывает к своему "спасителю", но, скорее, как отражение кипящей, неприкрытой ненависти.
Сверх этого загадочного обращения сайт Путина просто поражает загадочным перекосом его телефонной деятельности. После срочных разговоров с Лукашенко, Токаевым, Мирзиеевым и Эрдоганом 24 июня, на сайте выложены пресс-релизы о его разговорах со следующими уважаемыми людьми нашего райцентра:
- эмиром Катара Тамимом Бен Хамадом Аль Тани
- президентом Ирана Эбрахимом Раиси
- президентом ОАЭ Мухаммедом Аль Нахайяном
- премьер-министром Саудовской Аравии Мухаммедом Бен Сальманом Аль Саудом
- королем Бахрейна Хамадом Бен Исой Аль Халифой
Я не могу вспомнить, когда еще демонстрация внешне-политической активности Путина выглядела столь нелепым и абсурдным образом.
И это, замечу, на фоне того, что пресс-брифинг в МИД Китая 27 числа начался с такого диалога:
Возвращаясь к четырем параллельным выступлениям 27 июня, двум путинским и двум лукашенковским, картина рисуется так.
1. Два путинских:
Путин старается выстроить нарратив о том, как все силовики в единым порыве, мужественно и беззаветно, грудью встали на защиту родной власти от мятежников. Это вполне понятно и ожидаемо. Из менее тривиального бросаются в глаза следующие моменты:
- Традиционное для Путина неупоминание имени Пригожина. Похоже, у Путина какое-то суеверное отношение к именам, ему кажется, что называние врага по имени неким мистическим образом увеличивает его силу. Иначе невозможно объяснить его многолетнее нежелание назвать Навального по имени.
- Именно под этим углом можно понять такое же тотальное неупоминание Лукашенко, его роли в событиях, не говоря уже о выражениях благодарности в его адрес. Хотя бы какая-то ритуальная фраза о Белоруссии и ее начальнике казалась бы совершенно неизбежной, но ее не было.
- Наконец, очень неожиданно то, что оба мероприятия срежиссированы таким образом, что на них отсутствуют руководители тех силовых ведомств, о которых говорит Путин. Их нет - ни рядом, ни сзади, ни среди тех, к кому он обращается. Опять же, Путин их не вспоминает и не называет. Единственным исключением является Шойгу, но и того Путин именует только "министром", не называя по имени, но сопровождая это упоминание многозначительным намеком: "Я уже говорил Министру и хочу повторить ещё раз: из тех, кто проявляет себя должным образом в боевой работе, и должен формироваться в ближайшем будущем и на перспективу костяк руководства Вооружённых Сил Российской Федерации".
Собственно, среди неизвестно кем и по какому принципу подобранных людей в форме, к которым обращается Путин, не видно никаких генералов, а сколько там звездочек на погонах присутствующих, я не разглядел. Есть ли здесь связь со слухами о том, что какие-то генералы, типа пресловутого Суровикина, стояли за пригожинской авантюрой (и что тот ролик с его обращением, где он самым абсурдным образом показан с автоматом на коленях, был снят под принуждением) - судить не берусь.
- Некий сценарный замысел может быть усмотрен в различии форматов. Первое мероприятие оформлено как встреча со всей колодой силовиков, а второе - исключительно с людьми военного ведомства. В данном случае не важно, кто эти присутствующие, реальные работники соответствующих ведомств или традиционные путинские ряженые, существенно само различие.
- В этом же ключе, возможно, следует понимать путинский каминг-аут насчет того, в чем никто ни на секунду и не сомневался, то есть в том, что пригожинское воинство финансировалось за счет бюджета. Очевидно, и все остальное шло по госканалам, включая вооружение. Назвав цифры и сказав, что часть финансирования оседала в карманах Пригожина и его друзей, Путин фактически дезавуировал эту практику. Если в этом пассаже и есть какой-то смысл, то он сводится к тому, что Путин на будущее отказывается от своей любимой идеи существования параллельных армий с неясным статусом - в пользу, естественно, регулярной иерархически выстроенной армии с утвержденными уставами, штатами, системой управления и т.д.
2. Два лукашенковских:
Будучи верен своему стилю, старый мошенник болтал без остановки и молол все, что придет в голову. При этом он не мог скрыть своего высокомерного ликования по поводу неожиданной возможности обмакнуть мордой в грязь своего любимого партнера по "союзному государству".
Лукашенко, очевидно, относится к понятию правды примерно так же, как и Путин, то есть особым чекистско-военным образом. Разницы между правдой и ложью для него не существует в принципе, любое высказывание имеет исключительно инструментальный характер. Но не владея путинским искусством самоконтроля, он опровергает сам себя просто по ходу разговора. Сам он называет это "что-то сказать (естественно, не все), притом честно, открыто, ничего не скрывая".
Не стоит долго останавливаться на его лексике. У Путина она гораздо более дозированная, его эпатаж имеет целенаправленный характер. Лукашенко же никак не может отвязаться от любой гадости, что прицепилась к его языку. Например, знаменитое выражение "мочить" Путин совершенно сознательно использовал в 1999 году для формирования определенного имиджа. Лукашенко же повторил его в одном выступлении одиннадцать раз, плюс всякие "сидели под веником" и т.д.
Согласно Лукашенко, Путин сам напросился на разговор с ним утром 24 июня. В 10 утра они поговорили (видимо, первый разговор) Из слов Путина он якобы понял, что тот собирается воевать с Пригожиным (получается, что Путин ему это не сказал прямым текстом). Далее Путин якобы стал жаловаться Лукашенко, что злой Пригожин не берет трубку. Через час (видимо, это был уже второй разговор) Путин якобы сказал ему, что "скорее всего, у ФСБ есть телефон". Потом они якобы нашли "целых три канала", по которым Лукашенко и вел разговоры с Пригожиным, причем не просто так, а через каких-то "посредников".
После рассказа об этих великих сложностях Лукашенко немедленно сам себя опроверг. Все оказалось на удивление банально и примитивно:
То есть достаточно было всего лишь позвонить в штаб округа генералу Евкурову, рядом с которым и сидел Пригожин, и произошло это, согласно лукашенковской хронологии, еще до того, как через каких-то "посредников" разыскивали "целых три канала".
Понятно, что дозвониться до Евкурова Путин прекрасно мог без ФСБ, без Лукашенко и без прочей конспирологии. Более того, очень трудно представить, что Пригожин при каких угодно обстоятельствах мог отказался разговаривать с Путиным. Ведь вся его авантюра изначально была выстроена как апелляция к Путину о том, что вождя обманывают и подставляют негодные генералы.
Далее Лукашенко не отказывает себе в удовольствии рассказать, что они с Пригожиным полчаса материли друг друга. Потом Пригожин якобы сказал ему, что ему, мол, надо "отдать Шойгу и Герасимова", и что ему, Пригожину, очень "надо встретиться с Путиным". Тем самым Лукашенко в очередной раз опровергнул свою же версию о том, что Пригожин, мол, не брал трубку, когда ему звонил Путин (не говоря уже о версии, будто Путин не знал, как дозвониться до Пригожина).
По словам Лукашенко, у него в течение дня было шесть или семь разговоров с Пригожиным. Пригожин якобы клялся-божился, что его боевики никого убивать не будут, а Лукашенко угрожал ему, что если будет хоть одна жертва, то "все, никаких с тобой переговоров не будет, и я с тобой разговаривать не буду". Как мы знаем, жертвы были, и Путин даже разыграл по этому поводу гнусную комедию с минутой молчания, но в потоке безумного сознания Лукашенко это все не играет роли.
Лукашенко не упустил и возможности похвастаться своей могучей армией: "Бригада подготовлена к переброске в Москву". Я, конечно, в этих материях не разбираюсь, но мне почему-то кажется абсолютно невероятным, что можно за пару часов подготовить целую "бригаду" для "переброски в Москву", да еще в Белоруссии. Очевидно, это как раз и есть то, что сам же Лукашенко чуть ранее описал формулой "после драки руками мы умеем махать, ох как умеем".
Очень показательно, какими словами Лукашенко описывает будущую роль Пригожина и его воинства в Белоруссии:
Это подозрительно напоминает нечто вроде лагеря для интернированных, а не раскрытые объятия. Будет любопытно посмотреть, как это все будет выглядеть. Например, сохранят ли за вагнеровцами оружие, кому будет доверена охрана внешнего периметра ("забора"), кто будет их содержать и т.д.
Лукашенко специально остановился на том, что не считает себя посрединком:
При этом любопытен список российских деятелей, которых Лукашенко счел нужным отметить как проявивших смелость на фоне общей паники. Список невелик: Матвиенко, Володин, патриарх Кирилл (которого Лукашенко почтительно именовал только по должности) и еще некая "пара человек". Получается, что Лукашенко похвалил только самых ничтожных клоунов путинского режима, а всех тех, кто руководит хотя бы чем-то осмысленным, от гражданских до силовиков, как бы по определению списал в утиль.
Наконец, Лукашенко дал себе волю в разглагольствованиях о ядерном оружии. Помимо рассказа о том, что это оружие уже в Белоруссии, он позволил себе абсолютно сенсационные заявления о том, что Белоруссия будет сама распоряжаться этим оружием:
Лукашенко, конечно, после 2020 года стал полноценным параноиком, зацикленном на атомной бомбе (не случайно его военный министр Хренин дарит ему макет того, что по невежеству называет копией "самой первой ядерной бомбы, которая была изобретена в Советском Союзе")
Я не сомневаюсь, тем не менее, что это все на самом деле пустая болтовня. Ни одна из стран, обладающих ядерным оружием, никогда не передавала другим странам право на его использование, даже если оно было размещено на территории этих других стран. Как неопровержимо показывает опыт последних полутора лет, Путин относится к этим вещам с крайней осторожностью и тщательно избегал любых шагов, могущих создать впечатление о хотя бы мыслях о возможности его использования.
Я пытался понять, какими соображениями мог руководствоваться Путин, принимая решение о размещении ядерного оружия в Белоруссии, да еще сразу же после того, как торжественно обещал Си Цзиньпину этого не делать.
У Виктора Суворова в книге "Последняя республика" есть замечательный пассаж о размещении запаса карт на западной границе:
Примерно так же рисуют нам решение о размещении ядерного оружия в Белоруссии. Мы же не можем всерьез воспринимать пустую болтовню Лукашенко о том, что оно, дескать, теперь защищает Белоруссию от нападения.
Решение Путина имеет какую-то другую цель. Я не знаю, какую именно, но мне в голову приходит только одно рациональное объяснение.
Передача ядерного оружия в Белоруссию может быть средством, так сказать, увеличения переговорной массы. Причем не только с западными странами, но и со всем окружающим миром в целом. Заявление о том, что ядерное оружие возвращается в Россию, очень красиво ложится в некую всеобъемлющую договоренность, может быть продано как великое достижение и огромная уступка.
Под этим углом может быть любопытно взглянуть на сегодняшнее обращение Лукашенко в адрес участников того бессмысленного мероприятия в Уфе, приветствие к которому Путина упоминалось в самом начале:
Эти два документа имеют определенное сходство.
Будучи выпущены через пару дней после пригожинской авантюры, на следующий день после скандальных выступлений 27 июня - оба они по тону драматически отличаются того, что диктаторы говорили днем раньше.
Если Путин ни разу не упомянул Лукашенко, то и Лукашенко ни разу не упоминает Путина. В лукашенковском обращении точно так же нет ни слова об Украине, о войне, о "специальной военной операции", о врагах, о подрывных силах и прочих материях, давно навязших у него в зубах. "Запад" в нем упоминается дважды, один раз в традиционном конфронтационном формате ("новый удар со стороны Запада по всем фронтам"), второй раз - на удивление миролюбиво ("если и западноевропейские партнеры вдруг решат поддерживать принцип всеобщего экономического равновесия и взаимовыгодного сотрудничества, то мы не против совместных аналогичных мероприятий")
За исключением двух выступлений перед силовиками, нового на сайте Путина немного.
Правда, есть датированное 28 июня видеообращение к какому-то бессмысленному российско-белорусскому мероприятию в Уфе.
Сразу скажу, что это выступление в некотором роде тоже можно считать очень странным - а именно тем, что в нем нет ничего очень странного. В нем ни разу не упоминаются Украина, "киевские правители", "неонацистский режим", внешняя угроза, НАТО, "специальная военная операция", русофобия, "так называемые партнеры" и все те штампы, которые Путин уже полтора года настойчиво повторяет к месту и не к месту. Один только раз Путин вспоминает санкции и "отказ ряда западных стран от сотрудничества и закрытия рынков недружественных государств" - что в контексте стандартной российской риторики является исключительно мягким выражением, на грани той фронды, которую время от времени демонстрируют официальные лица (прежде всего т.н. экономического блока), старающиеся дистанцироваться от политики войны.
В нем нет ни малейшего намека на события последних дней, на "мятеж", который, по словам, сказанным самим Путиным буквально за день до того, грозил стране великим "хаосом".
Наконец, что самое поразительное, в обращении Путина вообще не упоминается Лукашенко, а в сегодняшних реалиях это уже трудно понять иначе как отражение не просто неприязни, которую Путин испытывает к своему "спасителю", но, скорее, как отражение кипящей, неприкрытой ненависти.
Сверх этого загадочного обращения сайт Путина просто поражает загадочным перекосом его телефонной деятельности. После срочных разговоров с Лукашенко, Токаевым, Мирзиеевым и Эрдоганом 24 июня, на сайте выложены пресс-релизы о его разговорах со следующими уважаемыми людьми нашего райцентра:
- эмиром Катара Тамимом Бен Хамадом Аль Тани
- президентом Ирана Эбрахимом Раиси
- президентом ОАЭ Мухаммедом Аль Нахайяном
- премьер-министром Саудовской Аравии Мухаммедом Бен Сальманом Аль Саудом
- королем Бахрейна Хамадом Бен Исой Аль Халифой
Я не могу вспомнить, когда еще демонстрация внешне-политической активности Путина выглядела столь нелепым и абсурдным образом.
И это, замечу, на фоне того, что пресс-брифинг в МИД Китая 27 числа начался с такого диалога:
AFP: Can you confirm whether or not President Xi has spoken personally yet with Russian President Vladimir Putin about the recent developments in Russia involving the Wagner group?
Mao Ning: I have no information on that.
https://www.fmprc.gov.cn/mfa_eng/xwfw_665399/s2510_665401/2511_665403/202306/t20230627_11104508.html
Возвращаясь к четырем параллельным выступлениям 27 июня, двум путинским и двум лукашенковским, картина рисуется так.
1. Два путинских:
27 июня 2023 года
13:25
Выступление перед подразделениями Минобороны, Росгвардии, ФСБ, МВД, ФСО, обеспечившими порядок и законность во время мятежа
http://kremlin.ru/events/president/news/71533
27 июня 2023 года
15:00
Встреча с военнослужащими Министерства обороны
В Кремле состоялась встреча Президента с военнослужащими Министерства обороны.
http://kremlin.ru/events/president/news/71535
Путин старается выстроить нарратив о том, как все силовики в единым порыве, мужественно и беззаветно, грудью встали на защиту родной власти от мятежников. Это вполне понятно и ожидаемо. Из менее тривиального бросаются в глаза следующие моменты:
- Традиционное для Путина неупоминание имени Пригожина. Похоже, у Путина какое-то суеверное отношение к именам, ему кажется, что называние врага по имени неким мистическим образом увеличивает его силу. Иначе невозможно объяснить его многолетнее нежелание назвать Навального по имени.
- Именно под этим углом можно понять такое же тотальное неупоминание Лукашенко, его роли в событиях, не говоря уже о выражениях благодарности в его адрес. Хотя бы какая-то ритуальная фраза о Белоруссии и ее начальнике казалась бы совершенно неизбежной, но ее не было.
- Наконец, очень неожиданно то, что оба мероприятия срежиссированы таким образом, что на них отсутствуют руководители тех силовых ведомств, о которых говорит Путин. Их нет - ни рядом, ни сзади, ни среди тех, к кому он обращается. Опять же, Путин их не вспоминает и не называет. Единственным исключением является Шойгу, но и того Путин именует только "министром", не называя по имени, но сопровождая это упоминание многозначительным намеком: "Я уже говорил Министру и хочу повторить ещё раз: из тех, кто проявляет себя должным образом в боевой работе, и должен формироваться в ближайшем будущем и на перспективу костяк руководства Вооружённых Сил Российской Федерации".
Собственно, среди неизвестно кем и по какому принципу подобранных людей в форме, к которым обращается Путин, не видно никаких генералов, а сколько там звездочек на погонах присутствующих, я не разглядел. Есть ли здесь связь со слухами о том, что какие-то генералы, типа пресловутого Суровикина, стояли за пригожинской авантюрой (и что тот ролик с его обращением, где он самым абсурдным образом показан с автоматом на коленях, был снят под принуждением) - судить не берусь.
- Некий сценарный замысел может быть усмотрен в различии форматов. Первое мероприятие оформлено как встреча со всей колодой силовиков, а второе - исключительно с людьми военного ведомства. В данном случае не важно, кто эти присутствующие, реальные работники соответствующих ведомств или традиционные путинские ряженые, существенно само различие.
- В этом же ключе, возможно, следует понимать путинский каминг-аут насчет того, в чем никто ни на секунду и не сомневался, то есть в том, что пригожинское воинство финансировалось за счет бюджета. Очевидно, и все остальное шло по госканалам, включая вооружение. Назвав цифры и сказав, что часть финансирования оседала в карманах Пригожина и его друзей, Путин фактически дезавуировал эту практику. Если в этом пассаже и есть какой-то смысл, то он сводится к тому, что Путин на будущее отказывается от своей любимой идеи существования параллельных армий с неясным статусом - в пользу, естественно, регулярной иерархически выстроенной армии с утвержденными уставами, штатами, системой управления и т.д.
2. Два лукашенковских:
"Рабочая встреча с Министром обороны Виктором Хрениным"
https://president.gov.by/ru/events/rabochaya-vstrecha-s-ministrom-oborony-viktorom-hreninym
"Вручение генеральских погон высшему офицерскому составу"
https://president.gov.by/ru/events/vruchenie-pogon-vysshemu-oficerskomu-sostavu
Будучи верен своему стилю, старый мошенник болтал без остановки и молол все, что придет в голову. При этом он не мог скрыть своего высокомерного ликования по поводу неожиданной возможности обмакнуть мордой в грязь своего любимого партнера по "союзному государству".
Лукашенко, очевидно, относится к понятию правды примерно так же, как и Путин, то есть особым чекистско-военным образом. Разницы между правдой и ложью для него не существует в принципе, любое высказывание имеет исключительно инструментальный характер. Но не владея путинским искусством самоконтроля, он опровергает сам себя просто по ходу разговора. Сам он называет это "что-то сказать (естественно, не все), притом честно, открыто, ничего не скрывая".
Не стоит долго останавливаться на его лексике. У Путина она гораздо более дозированная, его эпатаж имеет целенаправленный характер. Лукашенко же никак не может отвязаться от любой гадости, что прицепилась к его языку. Например, знаменитое выражение "мочить" Путин совершенно сознательно использовал в 1999 году для формирования определенного имиджа. Лукашенко же повторил его в одном выступлении одиннадцать раз, плюс всякие "сидели под веником" и т.д.
Согласно Лукашенко, Путин сам напросился на разговор с ним утром 24 июня. В 10 утра они поговорили (видимо, первый разговор) Из слов Путина он якобы понял, что тот собирается воевать с Пригожиным (получается, что Путин ему это не сказал прямым текстом). Далее Путин якобы стал жаловаться Лукашенко, что злой Пригожин не берет трубку. Через час (видимо, это был уже второй разговор) Путин якобы сказал ему, что "скорее всего, у ФСБ есть телефон". Потом они якобы нашли "целых три канала", по которым Лукашенко и вел разговоры с Пригожиным, причем не просто так, а через каких-то "посредников".
После рассказа об этих великих сложностях Лукашенко немедленно сам себя опроверг. Все оказалось на удивление банально и примитивно:
"В 11.00 (хоть Путин меня предупреждал: не возьмет трубку) он (Пригожин. - Прим.) мгновенно снял трубку. То есть Евкуров его позвал, отдал ему телефон: "Вот, Президент Беларуси звонит, будешь ли разговаривать?" - "С Александром Григорьевичем буду".
То есть достаточно было всего лишь позвонить в штаб округа генералу Евкурову, рядом с которым и сидел Пригожин, и произошло это, согласно лукашенковской хронологии, еще до того, как через каких-то "посредников" разыскивали "целых три канала".
Понятно, что дозвониться до Евкурова Путин прекрасно мог без ФСБ, без Лукашенко и без прочей конспирологии. Более того, очень трудно представить, что Пригожин при каких угодно обстоятельствах мог отказался разговаривать с Путиным. Ведь вся его авантюра изначально была выстроена как апелляция к Путину о том, что вождя обманывают и подставляют негодные генералы.
Далее Лукашенко не отказывает себе в удовольствии рассказать, что они с Пригожиным полчаса материли друг друга. Потом Пригожин якобы сказал ему, что ему, мол, надо "отдать Шойгу и Герасимова", и что ему, Пригожину, очень "надо встретиться с Путиным". Тем самым Лукашенко в очередной раз опровергнул свою же версию о том, что Пригожин, мол, не брал трубку, когда ему звонил Путин (не говоря уже о версии, будто Путин не знал, как дозвониться до Пригожина).
По словам Лукашенко, у него в течение дня было шесть или семь разговоров с Пригожиным. Пригожин якобы клялся-божился, что его боевики никого убивать не будут, а Лукашенко угрожал ему, что если будет хоть одна жертва, то "все, никаких с тобой переговоров не будет, и я с тобой разговаривать не буду". Как мы знаем, жертвы были, и Путин даже разыграл по этому поводу гнусную комедию с минутой молчания, но в потоке безумного сознания Лукашенко это все не играет роли.
Лукашенко не упустил и возможности похвастаться своей могучей армией: "Бригада подготовлена к переброске в Москву". Я, конечно, в этих материях не разбираюсь, но мне почему-то кажется абсолютно невероятным, что можно за пару часов подготовить целую "бригаду" для "переброски в Москву", да еще в Белоруссии. Очевидно, это как раз и есть то, что сам же Лукашенко чуть ранее описал формулой "после драки руками мы умеем махать, ох как умеем".
Очень показательно, какими словами Лукашенко описывает будущую роль Пригожина и его воинства в Белоруссии:
"Мы им предложили одну из заброшенных частей. Пожалуйста - забор есть, все есть. Ставьте палатки. Чем можем, поможем. Пока определятся, чем им заниматься"
Это подозрительно напоминает нечто вроде лагеря для интернированных, а не раскрытые объятия. Будет любопытно посмотреть, как это все будет выглядеть. Например, сохранят ли за вагнеровцами оружие, кому будет доверена охрана внешнего периметра ("забора"), кто будет их содержать и т.д.
Лукашенко специально остановился на том, что не считает себя посрединком:
"Я не посредник. Я - такой же участник этих событий, как Президент Путин"
При этом любопытен список российских деятелей, которых Лукашенко счел нужным отметить как проявивших смелость на фоне общей паники. Список невелик: Матвиенко, Володин, патриарх Кирилл (которого Лукашенко почтительно именовал только по должности) и еще некая "пара человек". Получается, что Лукашенко похвалил только самых ничтожных клоунов путинского режима, а всех тех, кто руководит хотя бы чем-то осмысленным, от гражданских до силовиков, как бы по определению списал в утиль.
Наконец, Лукашенко дал себе волю в разглагольствованиях о ядерном оружии. Помимо рассказа о том, что это оружие уже в Белоруссии, он позволил себе абсолютно сенсационные заявления о том, что Белоруссия будет сама распоряжаться этим оружием:
"поставлена задача - определить алгоритм применения этого оружия. Основа его должна быть в том, что мы его должны применить в трудную минуту, если на нас нападут
<...>
Допустим (это только допустим), мы можем его применить по согласованию с Россией. Вот эти досужие рассуждения: нас используют и прочее - это все фигня. Этого нет и быть не может. Это наше оружие, и мы его будем использовать (в случае, если возникнет в этом необходимость. - Прим.)
<...>
Мне хлам здесь не нужен. И это просто смех - привезти оружие, разместить его. Ради чего, ради хранения? У россиян отличные хранилища"
Лукашенко, конечно, после 2020 года стал полноценным параноиком, зацикленном на атомной бомбе (не случайно его военный министр Хренин дарит ему макет того, что по невежеству называет копией "самой первой ядерной бомбы, которая была изобретена в Советском Союзе")
Я не сомневаюсь, тем не менее, что это все на самом деле пустая болтовня. Ни одна из стран, обладающих ядерным оружием, никогда не передавала другим странам право на его использование, даже если оно было размещено на территории этих других стран. Как неопровержимо показывает опыт последних полутора лет, Путин относится к этим вещам с крайней осторожностью и тщательно избегал любых шагов, могущих создать впечатление о хотя бы мыслях о возможности его использования.
Я пытался понять, какими соображениями мог руководствоваться Путин, принимая решение о размещении ядерного оружия в Белоруссии, да еще сразу же после того, как торжественно обещал Си Цзиньпину этого не делать.
У Виктора Суворова в книге "Последняя республика" есть замечательный пассаж о размещении запаса карт на западной границе:
"Итак, приходит перед самым германским нападением генерал-майор Кудрявцев к своему непосредственному начальнику генералу армии Г.К.Жукову:
- Георгий Константинович, я решил все наши запасы карт прямо на германскую границу двинуть!
- Ух ты! Здорово. А зачем, Марк Карпович?
- Да просто так, Георгий Константинович, ударило в голову.
- И никакой причины не придумал?
- Затрудняюсь, Георгий Константинович, днями думаю, ночами думаю, никак причину придумать не могу. Просто решил их все туда отправить и там держать. Без всякой надобности. Без причины. Все двести миллионов. Немец ударит, все карты разом и попадут к нему в лапы. Правильно?
- Правильно, Марк Карпович.
- Ну так я приказ отдаю, Георгий Константинович?..
- Валяй, Марк Карпович. Вывози все наши запасы карт прямо на самую границу. В непосредственную близость!
Смешно?
Но не я придумал такую ситуацию. Этот, мною выдуманный, диалог прямо следует из официальной версии нашего родного Генерального штаба: вот просто так взяли и просто так неоправданно все карты на границу вывезли. Без причины"
http://militera.lib.ru/research/suvorov3/14.html
Примерно так же рисуют нам решение о размещении ядерного оружия в Белоруссии. Мы же не можем всерьез воспринимать пустую болтовню Лукашенко о том, что оно, дескать, теперь защищает Белоруссию от нападения.
Решение Путина имеет какую-то другую цель. Я не знаю, какую именно, но мне в голову приходит только одно рациональное объяснение.
Передача ядерного оружия в Белоруссию может быть средством, так сказать, увеличения переговорной массы. Причем не только с западными странами, но и со всем окружающим миром в целом. Заявление о том, что ядерное оружие возвращается в Россию, очень красиво ложится в некую всеобъемлющую договоренность, может быть продано как великое достижение и огромная уступка.
Под этим углом может быть любопытно взглянуть на сегодняшнее обращение Лукашенко в адрес участников того бессмысленного мероприятия в Уфе, приветствие к которому Путина упоминалось в самом начале:
"Видеообращение на пленарном заседании X Форума регионов России и Беларуси"
https://president.gov.by/ru/events/videoobrashchenie-na-plenarnom-zasedanii-x-foruma-regionov-rossii-i-belarusi
Эти два документа имеют определенное сходство.
Будучи выпущены через пару дней после пригожинской авантюры, на следующий день после скандальных выступлений 27 июня - оба они по тону драматически отличаются того, что диктаторы говорили днем раньше.
Если Путин ни разу не упомянул Лукашенко, то и Лукашенко ни разу не упоминает Путина. В лукашенковском обращении точно так же нет ни слова об Украине, о войне, о "специальной военной операции", о врагах, о подрывных силах и прочих материях, давно навязших у него в зубах. "Запад" в нем упоминается дважды, один раз в традиционном конфронтационном формате ("новый удар со стороны Запада по всем фронтам"), второй раз - на удивление миролюбиво ("если и западноевропейские партнеры вдруг решат поддерживать принцип всеобщего экономического равновесия и взаимовыгодного сотрудничества, то мы не против совместных аналогичных мероприятий")
